Главная страница lenta.auctyon.ru
Титры
Cтартовой!
Карта
Виртуальный музей "Аукцыона"
:: Добавить новость  
Афиша Аукцыона и его семьи Главная / Документы / Рецензия на альбом "Безондерс"
Концертов нет
Получайте информацию с комфортом

Поиск по сайту:

Живой Журнал:

[info] auctyon (сообщество)

[info] auctyon_ru (новости)

RSS поток:

RSS

›­м

Рецензия на альбом "Безондерс"

Автор: Михаил Визель
Дата: 22.12.2005
Прислал (о, а, и): Auctyon.Ru team
Впервые: TimeOut
Besonders

Альбом на стихи Александра Введенского, как и предыдущий федоровский диск «Таял», был записан и сведен в прямом смысле слова на коленке. А также — на столике, подоконнике и полу небольшой комнатки в московской квартире Федорова, где живут акустическая гитара, пианино и ноутбук. По инерции такое место часто именуется домашней студией, но то, что это обычная комната в обычной квартире, — принципиально важно. Потому что домашняя студия все-таки термин шоу-бизнеса. Федоров же отказался от этих игр давно, когда после ошеломляющего успеха «Птицы» не стал делать с «Аукцыоном» «Птицу-2», используя найденные наконец безукоризненное звучание и бесшабашно-трагические интонации. Вместо этого он занялся совсем странными вещами. Сначала вместе с Хвостом выпустил авангардистского «Жильца вершин». Потом и вовсе связался с радикальными джазменами из «Волков-трио», древнерусским хором «Сирин», фольклористом Старостиным, стал петь и записывать джаз не джаз, авангард не авангард, но уж точно не рок. И поэтому остался едва ли не единственным живым, то есть дышащим и развивающимся музыкантом на российской сцене.

"Безондерс" продолжает движение в сторону от каких-либо размеченных путей. На нем еще больше, чем на «Таял», элементов радиотеатра, разнородных сэмплов, едва заметных шорохов и поскрипываний. Звуковой ряд альбома кажется ровнее и спокойнее, и добавилось нечто новое: вокальные стилизации. Федоров то поет печально и протяжно, почти как Вертинский (благо тоже размазывает «р»). То величаво мелодекламирует, как Алексей Хвостенко. Последнее неудивительно: альбом посвящен памяти Хвоста. Но на нем нет ни одной песни на его стихи. Используя тексты ленинградского поэта-обэриута, Федоров находит гораздо более тонкий способ почтить память своего старшего друга. И, если вдуматься, наиболее естественный: ведь Алексей Львович Хвостенко и был последним обэриутом, в чьей крови тоже «цвел футуризм». Потому-то Федоров от Хвостенко и Хлебникова и перешел так легко к Введенскому, и так органично сумел пропеть его ритмически неровные строки о любви и смерти: «Мир потух. Мир потух. Мир зарезали. Он петух». Все это — единый ленинградско-петербургский космос, к которому Федоров имеет прямое отношение.

В декларации обэриутов от января 1928 года говорилось: «В настоящее время ОБЭРИУ ведет работу по организации музыкальной секции». По не зависящим от объединения причинам создание этой секции затянулось почти на 80 лет. Но теперь, похоже, с ней все в порядке.

9 декабря 2005 г.

© webmaster@auctyon.ru