Главная страница lenta.auctyon.ru
Титры
Cтартовой!
Карта
Ынь.
:: Добавить новость  
Афиша Аукцыона и его семьи Главная / Документы / Леонид Фёдоров, Владимир Волков - "Wolfgang"
Концертов нет
Получайте информацию с комфортом

Поиск по сайту:

Живой Журнал:

[info] auctyon (сообщество)

[info] auctyon_ru (новости)

RSS поток:

RSS

›­м

Леонид Фёдоров, Владимир Волков - "Wolfgang"

Автор: Владимир Е. Обломов
Дата: 20.02.2011
Прислал (о, а, и): Auctyon.Ru team
Впервые: http://www.nneformat.ru/
Тяготение Фёдорова к театру — факт общеизвестный. При этом ему явно хочется изучить театральную «кухню» со всех возможных сторон: он предстаёт то актёром, то режиссёром, то композитором, а порою и всеми сразу. Сумасбродный балаган АУКЦЫОНА, эпизодические роли в кино, полумифическая опера «Бин Ладен, Святой Франциск И Конец Времени Композиторов», альбомы, напоминающие пёстрые радиоспектакли — всё это попытки освоить язык театра, почти столь же древний, как само человечество. Совместный с бессменным соратником Владимиром Волковым диск «Wolfgang» фиксирует очередной этап этого пути. Значительная часть материала альбома (шесть треков из десяти) — музыка Фёдорова и Волкова к спектаклю Алексея Аграновича «Каменный Гость». В основном это инструментальные композиции, причём вполне традиционные. «Пролог», начавшись многообещающим струнным крещендо, быстро утрачивает мощь и на протяжении следующих трёх минут упорно пытается вогнать слушателя в сон. «Хуан Да Анна» сходятся в танце под ритмичные звуки фортепиано, зовёт «В Мадрид» тревожная гавайская гитара, умиротворённо перебирает клавиши «Wolfgang». Этими тремя вещами Фёдоров, кажется, вошёл в контакт с коллективным бессознательным: они слушаются так, будто знакомы с детства. Звучит в спектакле и песня «На Дне». На сцене театра её исполняет актриса Виктория Толстоганова, а на диске, конечно же, сам Фёдоров, подыгрывая себе на гитаре в духе Марка Рибо. Поёт вполголоса, будто сам для себя. Впрочем, так оно, конечно, и есть. Помимо песен из «Каменного Гостя», на диске имеется кое-что ещё. Мелодекламация «Гость», несмотря на название, в спектакль не входит, а является, похоже, вариацией на его тему. Текст на удивление сложный для творения известного своей гениальной простотой Озерского; «почувствуй изысканный вкус даже просто возможности ринуться, ринуться в бой!» — каково? Вкрадчивое бормотание Фёдорова порой вдруг вычерчивает странную, но красивую мелодию; припев же предельно лапидарен — «бу-бу-бу-бу-бу-бу-бу!» Вообще «Гость» напоминает некоторые произведения Тома Уэйтса (с которым у Фёдорова много общего, несмотря на кажущиеся различия). «В Париж» — коротенькая инструментальная пьеса, похожая на разминку пианиста со странными вкусами: синтезатор в тембре органа выводит то легковесное барокко, то атональный джаз. Слушается она довольно интересно, но через минуту забывается вчистую. «Девочка И Мяч» — саундтрек к мультфильму Светланы Зуевой «Тётушка Крапива». Сам мультик повествует (крайне психоделично) о девочке, борющейся с сорняками, которые она же и развела. Видеоряд сопровождается контрабасными импровизациями Волкова и голосом Фёдорова (голос этот иногда до боли напоминает голос Анри Волохонского), произносящим весьма странный монолог. Мультфильм вроде как детский, но большинству детей, думаю, будет страшновато его смотреть, и не последнюю роль в этом сыграет звуковая дорожка. Жемчужина альбома — «На Краю». Текст для Озерского нетипичен: помести его в хрестоматию классической русской поэзии XIX века, никто и не догадается о подлоге. Хотя основные «архетипы» — ночь, дорога и луна — всё же присутствуют. Мотив заставляет вспомнить «Мою Любовь», в аранжировке слышны испанские мотивы. Поёт Фёдоров так же, как в «На Дне» — негромко, глуховатым севшим голосом. Можно, конечно, утешаться тем, что не за красоту вокала мы любим Леонида, но «На Краю» всё же заслуживает менее небрежного дубля вокальной дорожки. В «Эпилоге» Фёдоров под пафосную музыку нараспев то ли изрекает абсурдистское пророчество, то ли объясняет правила не самой весёлой на свете игры, в процессе вступая в забавный диалог то ли со слушателем, то ли сам с собой. Вердикт неутешителен и ехиден: «По твоим разбежавшимся в стороны узким глазам я, скорее всего, склонен думать, что ты и не то что не понял, а даже не понял того, что ты должен хотя бы чуть-чуть попытаться здесь где-то хотя бы чего-то понять!» Тоже, кстати, известный театральный приём, любимый как средневековыми скоморохами, так и классиками драматургии — обратиться напрямую к зрителю, да ещё и подколоть его, если жанр позволяет. Искушённый зритель обычно остаётся доволен.
© webmaster@auctyon.ru