Главная страница lenta.auctyon.ru
Титры
Cтартовой!
Карта
Виртуальный музей "Аукцыона"
:: Добавить новость  
Афиша Аукцыона и его семьи Главная / Документы / Грусть и драйв: Федоров в "Проекте О.Г.И." 15.07.2003 г
Концертов нет
Получайте информацию с комфортом

Поиск по сайту:

Живой Журнал:

[info] auctyon (сообщество)

[info] auctyon_ru (новости)

RSS поток:

RSS

›­м

Грусть и драйв: Федоров в "Проекте О.Г.И." 15.07.2003 г

Автор: Тимур (Prince of Persia)
Дата: 13.09.2003
Прислал (о, а, и): Sun Ra
Впервые: MusScience.Ru

Рецензия на живое выступление — это сложный жанр, потому что границы его весьма размыты. С одной стороны, важно не впасть в простое перечисление: какие песни звучали, какое пиво пилось, какие девушки и юноши присутствовали. С другой, «концептуализация» часто приводит к потере смысла, к превращению рецензии в эссе или, того хуже, в бессвязный поток сознания. Однако, в какую крайность я впал — решать не мне.

Очень сложно отрецензировать такой концерт. С одной стороны, обычное выступление в московском клубе (счет таких выступлений у Федорова пошел на десятки). Возможно, постоянному посетителю таких мероприятий могло показаться, что все обычно, все так, как должно быть. Однако на непостоянного концертного слушателя такие выступления производят сильнейшее впечатление.

Обычно концерты в «Проекте О.Г.И.» начинаются ровно в 10 вечера — так было заявлено и на этот раз, но потом концерт почему-то перенесли ещё на полчаса в сторону полночи. В 22.00 (плюс-минус две минуты) на сцене клуба появился Федоров, сел на стул и начал настраивать гитару и проверять звук. Минут пятнадцать это продолжалось, после чего он почти допел «Губы алые» и … удалился. А ровно в 22.30 начался собственно концерт. Начинается все с новых песен. Нельзя сказать, что первые две песни какие-то особенно сильные, но определенное впечатление они создают. Федоров был крайне серьезен, даже грустен. Особенно четко это было слышно в «Грусти-печали», «Глубоко, глубоко…» и «Думай про меня», которые получились особенно резко цепляющими, несмотря на их неоднородность: знающие люди говорят, что песня «Думай про меня…» исполняется на концертах уже лет пять, «Грусть-печаль моя…» появилась совсем недавно, а «Глубоко, глубоко…» обычно играется в некотором «этничном» варианте (т.е в составе Федоров-Котов-Старостин). Любопытная и неожиданная находка — вставка «Профукал» в конец «Думай про меня…». Концовка песни была сильно затянута, впрочем, эта песня обладает свойством «течь», она очень плавная, поэтому эта затяжка со стишком воспринимается как нечто органичное. Впрочем, создается впечатление, что этот стишок вставляется повсюду и везде он вполне удачен (он вставлен в песню «Фа-фа» на альбоме «Это мама», на концертах может звучать и отдельно).

В новых песнях проявляется новая тенденция в эволюции Леонида Федорова и группы вообще ( как мне кажется, по интенсивности поисков новых форм в своем творческом процессе с «Аукцыоном» тяжело сравнивать какую-либо русскую группу). Федоров, придя к авангардной музыке для небольшого круга эстетов, пытался разрушить текст как цельность, создавая своего рода мозаику из разрозненных кусочков. Однако иногда ( говорить о тенденции пока не приходится — слишком разнороден тот материал, который сейчас играет Федоров в своих проектах) в песнях появляются целостные тексты, иногда с какими-то формальными стилизациями, вроде «Губ алых» — на мой вкус, удачная работа под цыганские песни:
Губы алые — тихая вода,
Губы малые — тихая беда….

Однако появляется и какая-то новая идея — идея усталости от жизни, мотив тяжести. Поэтому все новые песни такие грустные, печальные. Это выражается в первую очередь в мелодике ( плавные, медленные, минорные песни, за исключением «Глубоко, глубоко…»), частично в манере исполнения и в квази-"текстах" ( и то, что «все профукал, профукал…», и то, что «…все успел бы я, грусть-печаль моя…», и то, что «думай про меня…», хотя последнее, скорее всего, просто лирическая композиция). Чтобы как-то перебить настроение, играется «Птица». Однако эта песня веселой может быть названа лишь условно, однако ее хоровое исполнение на любом концерте обязательно снимает напряжение. Настоящим переломом становится «Банзай», песня, которую группа не исполняет, а Федоров сольно — пожалуйста, хотя тоже не то, чтобы часто. Именно на этой песне в первый раз в клубе отчетливо слышится звук разбитого стекла (надо сказать, что этот символичный звук разбитых пивных бокалов сопровождал весь концерт). Народ в зале начинает зажигать: появляется танцпол около стойки, особенно активные персонажи начинают бросать пивные кружки на пол.

Затем следует коктейль из тех песен, которые наиболее известны в издании Федоровым — соло: «Небо напополам» и «Что похуже — на потом» ( надо сказать, что они были очень органичны и в них проявлялись основные чувства, которые вызывал концерт: светлая грусть и сдержанный оптимизм), известнейших песен: «Пионер», «Моя любовь»; и песен с нового альбома группы — «Якоря» и «О погоде». Следует сказать, что Федоров начинает разговаривать с залом. Весьма забавное впечатление произвел эпизод, когда к музыканту подошел человек и попросил объявить по залу, что потерялась девушка Аня, и ее ждут у стойки бара. Видимо, уж такова сила искусства, что даже это объявление вызвало дружный смех в зале.

Также пелись, конечно, и песни с альбома «Анабэна», которая в сольном исполнении Федорова производит впечатление искусства, которое стоит исполнять и в клубе «Проект О.Г.И.», и в Консерватории. Ощущение совершенно волшебное: по-моему, Федоров достиг уникального результата в экспериментах со звукомузыкой — слова потеряли свой смысл и превратились в поток звуков, ложащихся на музыку и становящихся еще одной загадкой, тайной. Кроме того, пьянящее ощущение потери смысла слов сочетается с совершенно шаманскими повторениями, сложной композицией песен, как например, «Сонь» или «Было». Вспоминается Пелевин и эпизод из его романа "Generation «П», когда наевшийся грибов Татарский путается в словах, и они приобретают у него музыку звука. Однако сквозь эту пелену приходит какое-то глубокое, невысказываемое понимание. Вот в этом, мне кажется, секрет глубокой парадоксальности и необычности «Аукцыона». При этом не хотелось бы, чтобы данная сентенция была понята как банальная и бульварная сплетня о потреблении музыкантами наркотических средств.

Концерт заканчивался. Естественно, не обошлось без «The Lamp» и «Заведующего всем». Хотя было заметно, что Федоров немножко скучает при исполнении этих песен. Казалось, что это некоторый долг, который необходимо отдать. Они немножко не ложились в настроение концерта. Видимо, на новом альбоме Федорова, слухи о котором поползли по музыкальным и околомузыкальным сайтам, мы их не услышим. Хотя вообще непонятно, откуда берутся такого рода слухи. Уже известно название нового альбома («Лиловый день»), одно только неизвестно: будет ли он записан или это очередной слух. Последней песней «регулярной» программы стала «Голова-нога» ( в таком запредельном исполнении эта песня производит соответствующее впечатление: она пугает до ужаса и заводит до судорог). Окончанием этой песни послужил длиннющий сэмпл, который как сирена разносился по залу. Далее следует прыжок Федорова за столик, бис, исполнение Федоровым двух новых песен и окончательный уход.

Всего около двух часов продолжался этот концерт, который произвел на меня сильнейшее впечатление. После такого концерта, заявил один выходящий с концерта персонаж, к пафосу и демонстративному поведению не склонный, хочется любить в самом высоком смысле этого слова. Я был согласен с ним, даже несмотря на то, что я никогда не знал никаких низких смыслов слова «любовь».

© webmaster@auctyon.ru