Главная страница lenta.auctyon.ru
Титры
Cтартовой!
Карта
Ынь.
:: Добавить новость  
Афиша Аукцыона и его семьи Главная / Документы / Тульский "Исход" Мулыгина с Федоровым и Гаркушей
Концертов нет
Получайте информацию с комфортом

Поиск по сайту:

Живой Журнал:

[info] auctyon (сообщество)

[info] auctyon_ru (новости)

RSS поток:

RSS

›­м

Тульский "Исход" Мулыгина с Федоровым и Гаркушей

Автор: Олеся Степанова
Дата: 17.07.2005
Прислал (о, а, и): Somebody
Впервые: Rockmusic.ru
Накануне концерта в поддержку альбома группы ВОРОН КУТХА «Исход», в котором должны были играть Дмитрий Мулыгин, Леонид Федоров, а Олег Гаркуша обещался все это действо объединить своим конферансом и чтением своих нетленных стихов, эмоциональное напряжение электризовало даже воздух в городе-герое Туле.

"АХ, Я ТАКОЙ ВОЛНИТЕЛЬНЫЙ!"

Организаторы действа, как стоящий посреди дороги герой Вицина в «Кавказской пленнице», метались: «Боже, буквально на следующий день приезжает в этот же зал ОКЕАН ЭЛЬЗИ. Мы не соберем народ! Уф… ОКЕАН ЭЛЬЗИ не приезжает. Отправился на Украину зарабатывать на политических баталиях деньги и популярность. Может вешать уже афиши? Ой! А теперь в этот же день в филармонии „Братва“ выступает. Нет, мы нипочем не соберем народ, нипочем не соберем! Тула — город не предсказуемый. Ах, да будь, что будет». И в самом деле. Тула не остров в океане, до которого хоть в какой-то день никто не доберется. Так что за полторы недели до концерта афиши, наконец-то, были вывешены. Слава тебе, Господи.

В Питере бесновался и капризничал Гаркуша: «Ой, а ты знаешь, нас приглашают на эти же числа в Киев с серией концертов. Может, можно как-то в Туле перенести концерт на другое время? Ведь, сама понимаешь, серию жалко упускать». Я не понимала. Олег менял направление: «А как же я назад поеду? Я билет не могу в Питере обратный купить. Ах, ты купи сама, а то я боюсь, что не уеду. И, кстати, пусть мне привезут предоплату, а то я по другому не езжу. Ну, почему, почему все спокойны?! Леня спокоен, ты — спокойна, организаторы спокойны. Создается впечатление, что это только мне все надо. Нет, ты не права: я не суечусь, я просто вообще такой волнительный».

Лида Бенцианова, директор и жена Лени, тоже опасалась накладок. С одной стороны, манил и взывал Киев, с другой договор — святое дело, а с третьей — пугало нежелание организаторов предварительно платить гонорар. Ребята только что вернулись с лихих (от слова лихо) гастролей в Англии, где их просто «кинули» русские девчонки, пригласившие любимую команду с концертами. АУКЦЫОН в полном составе отправился за границу. Оттуда выбирались, кто как мог. Директор группы назанимал кучу денег, чтобы расплатиться за организованный им трансовый вояж и теперь будет полжизни расплачиваться с долгами.

Дмитрий Мулыгин, как ошпаренный, носился по телеканалам и редакциям газет, организуя рекламу. Телевизионщики отчаянно перевирали все что можно и что нельзя. То они на фоне концерта Дмитрия Мулыгина пускали по экрану меленькую, шустро бегущую строку: «В концерте примут участие …», то путались в числах и месте проведения концерта. Дима издавал громкий шип и несся снова к телевизионщикам, подправлять то, что они с усердием наваяли.

Туляки с покупкой билетов не спешили. Уже все знали: накануне ночью умер Алексей Хвостенко. Народ был уверен: концерт теперь обязательно сорвется. Гаркуша, узнав, что продано 200 билетов, попытался себя и меня утешить: «Ты знаешь, просто в провинции люди не верят, что „звезды“ к ним приедут. Вот и ждут до последнего. Да? Тула перекормлена „звездами“? Ну, тогда знай — на нас всегда приходят в последний момент. А он еще не наступил».

"А ВАМ КАКОЕ ДЕЛО?"

Ребята приехали уставшие и слегка удрученные. В 12 часов они были на отпевании Хвостенко. А потом сразу в машину и в Тулу. В последнее время они мало общались с ним, оттертые появившимися возле него новыми людьми. Ни Лене, ни Гаркуше даже сразу не сообщили, что в больнице, от воспаления легких скончался их Хвост. Он часто болел воспалением легких. А с момента, когда бросил пить, его здоровье вообще сильно пошатнулось. Пришлось возвращаться к выпивке вновь. Опять же, и возраст уже не юный, и русские зимы после стольких лет жизни во Франции для него уже непривычны. Леня, Олег и Лида вспоминали истории, связанные с Хвостенко, и воздух наполнялся то тихой лирикой, то веселыми смешками.

Когда наступил «последний момент» перед концертом, оказалось продано 350 билетов. В зале на 1000 мест зрители смотрелись ненавязчивым пунктиром. Лене было все равно. Дмитрию тоже. А вот Гаркуша радовался и этому количеству народа. Он требовал внимания и смешно капризничал: «Я хочу кофе. С сахаром. Спасибо. А теперь сливки хочу. Я так устал, так устал. Дайте мне „холс“. Я „холс“ хочу!». Леня отказался от пресс-конференции. Как сказала Лида: «И лучше, если он не будет принимать в ней участия. Он только все испортит. Возьмет и на любой вопрос журналистов спросит: „А вам какое дело?“ Леня, слушая рассказки про себя, довольно и лукаво улыбался. Он явно нравился себе в них.

Дима Мулыгин ушел настраиваться. Гаркуша ликовал. Наконец-то, он был один на эту жаждущую общения толпу журналистов. Он тянул с наслаждением слова, медленно и плавно поворачивал голову в сторону, затягивался сигареткой, с глубоким удовольствием выпускал дым и, глядя свысока, поистине талантливо держал театральную паузу.

…Нет, я не знаю ваших тульских групп. Были у меня в телепередачах и в моем клубе выступали? Не помню. Я помню только тех, кто мне интересен. Вот с ВОРОН КУТХА давно дружу.

… На отпевании Хвоста я узнал, что он хотел предложить мне роль в задуманном им спектакле.

… С удовольствием играю в спектакле „История одного убийства“. И чувствую себя в роли актера уютно.

…Готовится к изданию серия книг „Поэты рок-н-ролла“. Несколько томов уже вышло пятитысячным тиражом. Я их поцеловал, поплакал над ними и успокоился. Там есть и мои стихи.

ЛЁНИНА ЛЮБОВЬ — ПО ДОГОВОРУ С ЛИДОЙ

Леня, сидя недалече, посмеивался и, под пристальным взглядом Лиды, раздавал автографы.

— Напишите: „Маше от Лени“, — демоническим шепотом просила отвязная журналистка.

Леня написал.

— А теперь — Даше. А еще Ирине, Галине. А вот этот листочек мне подпишите „с любовью от Лени“.

— Не могу написать „с любовью“.

— Ну, пожалуйста…

— Я тебе напишу, — сурово напомнила о себе Лида.

Леня не поднимая глаз:

— Вот видите. Вот с Лидой договаривайтесь.

— Мы можем договориться. Ваши предложения? — рассмеялась Лида.

»Нет, ты скажи мне Леня, почему ты написал песню «Светлана»? — прилепился внезапно пробравшийся в гримерку нетрезвый мужичок, — Так что, твою жену зовут?"

— Нет, мою жену зовут Гали.., тьфу, Лида. А песню эту я слышал в детстве.

НЫНЧЕ В ТУЛЕ МОДЕН ВИТАС

Пока Леня вспоминал кто его жена и бесштанное, босоногое детство, Гаркуша с непередаваемым удовольствием вышел на сцену, сел на стульчик, раскрыл толстую книжку и стал читать свои стихи. Вдруг народ повалил в зал. Вскоре зал был заполнен полностью. Люди только что не падали с балкона

Зрители стонали и всячески демонстрировали свою привязанность: «Гаркуша! Не покидай нас! Не уходи! Не надо Федорова! Не надо Мулыгина! Гаркуша-а-а! Ты — наш!» Гаркуша улыбался, и, пожимая плечами, снисходительно объявлял выступающих. Мол, потерпите, братушки, пусть дяди попоют, а там мы снова встретимся и сольемся в объятиях.

"В Туле хорошая публика. Вон как меня встречают", — радовался Олег, — В другом месте яблоками бы закидали". «Не волнуйся, в следующий раз закидают, — успокоили туляки, — наши зрители любят по настоящему один раз. Потом они любят кого-нибудь другого. И тоже один раз. Вон, слышишь, как Лене кричат: „Давай Гаркушу!“? В первый приезд Лени, они лезли на сцену, истошно вопили: „Леня! О, Леня!“ и падали ниц».

Да уж, любовь толпы переменчива, как любовь куртизанки.

Во время сорокаминутного выступления Дмитрия Мулыгина, часть зрителей демонстративно покинула зал. Откуда-то взявшиеся толстомордые военные в первом ряду, развалившись, ковырялись в носу и обсуждали свои житейские неурядицы. Дмитрий спел половину песен с альбома «Исход» и три новые песни: «Ежик», «Колесо», «Подними и донеси». Аплодисменты нарастали. Общением зрителей Дима по обыкновению не баловал. Ну, не любит он прикидываться массовиком-затейником, даже понимая, что народу нравится, когда с ним заигрывают, его веселят. И это, конечно, обижает слушателей и выстраивает некую стену между частью зрителей и Мулыгиным. Но… хозяин-барин. Следующий «барин» — Леня Федоров, тоже не кидался народ массовать и забавлять. В лучшем случае со смешинкой в глазах, поглядывал в зал, да пока менял очередную лопнувшую струну, рассказывал старые анекдоты на грани фола. А что народу еще надо? Военные ржали как кони, а потом еще долго обсуждали анекдот, пока Леня пел песни. Леня исполнил несколько песен Хвостенко. В том числе «Конь унес любимого», «Орландлину», «Старец». С каждой песней в зале становилось меньше народу. Прошла любовь. И не мудрено: нынче в Туле в моде Витас. Хотя на бис Леню еще звали. Но сердце публики успокоилось на Гаркуше, напоследок снова почитавшем свою нетленку.

Организаторы основательно «влетели» с концертом. Аншлаг оказался фальшивым. Весь зал «забили» люди, пришедшие по поддельным билетам. «Ну, не могли мы отпечатать более защищенные билеты. Это дорого. А те, что мы продавали, легко подделать», — говорят устроители. И, поди угадай, что на самом деле дороже?

"ХОЧУ ПРЯНИК"

Леня и Лида, на ходу раздав автографы, спешно ретировались. Им предстояло ночью ехать в Москву. Гаркуша, приглашенный парой милых поклонников, отправился в ресторан, занимать время до отправления поезда на Питер. По дороге все зашли в магазин. Олег хотел купить тульский пряник. «Вот этот хочу», — сказал длинный ребенок Гаркуша и ткнул пальчиком в витрину. «Этот тоже очень вкусный, — уговаривала девушка-поклонница, — А этот, смотрите, какой красивый». «Нет, хочу этот!» «Ну, пусть будет два». Гаркуша, недалеко пряча вожделение, милостиво кивал. Девушка купила ему в подарок штук восемь пряников и коробку конфет местной фабрики. «Еще я „холс“ хочу, — раскапризничался Гаркуша. Девушка понеслась покупать „холс“. — Я никогда не отказываю людям. Что хотят — пусть все дарят. Я понимаю, что для них это большая радость — общаться со звездами. Я тоже когда-то робко в гримерку к Гребенщикову входил. И так ему радовался!» Подкармливал ли он Бориса Борисовича — Олег не рассказал.

…Гаркуша уехал в ночь, чтобы на следующий день выйти на сцену в спектакле. Леня Федоров и Дмитрий Мулыгин, через несколько дней, играли в большом концерте памяти Хвостенко, организованном Андреем Тропилло и прошедшем в Москве, в ЦДХ, в день открытия выставки живописных работ и инсталляций Алексея Хвостенко.

Жизнь понесла артистов дальше, а в памяти туляков остался классный концерт в Туле…

© webmaster@auctyon.ru